Светское государство, экологическое мышление и научная картина мира

golunov

Иван Голунов отвечает на вопросы ведущего программы "Вести дежурная часть".

 

Задержанный и помещенный под домашний арест журналист Иван Голунов занимался резонансными расследованиями, в частности о коммерческой деятельности РПЦ МП. Пока суд да дело, стоит заметить, что один из факторов коррупции, - терпимость по отношению к коррупционерам со стороны "традиционных религий", в первую очередь РПЦ МП, иерархи которой успешно пользуются многочисленными "жертвами"для укрепления своей организации и собственного благополучия.

Ниже тексты Ивана Голунова о главной "духовной скрепе" ("духовной крыше") России.

 

 

АРХИВ: Иван Голунов. 300 миллионов Патриарха. Кому завещал свои сбережения Алексий II. Во Внешпромбанке застряло наследство покойного главы РПЦ [МП]
Согласно материалам Арбитражного суда Москвы, на счетах Внешпромбанка, у которого в начале 2016 года была отозвана лицензия, хранились личные сбережения покойного патриарха Московского и Всея Руси Алексия II (Алексея Ридигера). Сейчас на них претендует наследница патриарха — настоятельница московского подворья одного из эстонских монастырей Александра Смирнова (игуменья Филарета), которая была ближайшей сподвижницей Ридигера с середины 1960-х годов. «Медуза» рассказывает подробности этой истории.
 
Наследница состояния патриарха Алексия II (Алексея Ридигера), 80-летняя Александра Смирнова, подала заявление в Арбитражный суд Москвы с требованием включить ее в список кредиторов Внешпромбанка (лицензия отозвана в январе 2016 года). Именно там находились счета, на которых лежали личные сбережения покойного патриарха общей суммой около 300 миллионов рублей — 2,92 миллиона долларов, 8829 евро и 9,37 миллиона рублей; Смирнова требует вернуть ей чуть более 305 миллионов рублей.
 
Согласно судебным материалам (есть в распоряжении «Медузы»), Ридигер составил завещание еще в 1976 году, назначив своей наследницей уроженку Ярославской области Александру Смирнову. Как рассказал «Медузе» источник в РПЦ, Смирнова, в духовной жизни — игуменья Филарета, была ближайшей сподвижницей патриарха, которая провела рядом с ним более 40 лет. Сейчас Филарета — настоятельница московского подворья Пюхтицкого Свято-Успенского ставропигиального (то есть подчиненного непосредственно патриарху) женского монастыря, расположенного в Эстонии.
Пюхтицкий Свято-Успенский монастырь был единственной женской обителью на территории СССР, которая не была закрыта властями за весь советский период; более того, туда даже принимали новых послушниц. Одна из попыток распустить монастырь была предпринята в 1961 году (территорию хотели отдать под санаторий), но ее предотвратил все тот же будущий патриарх Алексий, который тогда был епископом Таллинским и Эстонским.
 
В своей книге «Игумения. За святое послушание» Филарета (Смирнова) вспоминала, что поступила в Пюхтицкий монастырь в 1956-м, когда ей было 20 лет. А через десять лет, в 1966 году, Филарету и ее сокелейницу отправили на послушание к будущему патриарху — тогда Алексий был архиепископом Таллинским и Эстонским, а также управляющим делами Московской патриархии. «Тогда я стала приезжать в Пюхтицу, сопровождая [Алексия]», — писала игуменья. Интересно, что книга ее была выпущена в 2013 году на деньги крупного попечителя Пюхтицкого монастыря Максима Ликсутова, который с 2012-го возглавляет Департамент транспорта Москвы.
 
В 2005 году в интервью изданию «Газета» Алексий II рассказывал, что послушание в резиденции патриарха несут монахини из Пюхтицкого Свято-Успенского женского монастыря. «Руководит ими игуменья Филарета, которая свыше 40 лет ведет хозяйство. Она и подбирает домашний персонал», — говорил патриарх. Именно Филарета была первой, кто узнал о смерти Алексия II, — она нашла патриарха мертвым 5 декабря 2008 года.
 
В суде против Внешпромбанка интересы игуменьи Филареты представляет адвокат Кравцов. Он же представляет на процессе интересы сопредседателя «Союза православных женщин России» Анастасии Оситис. Она познакомилась с игуменьей Филаретой и будущим патриархом еще в 1970-х годах в Эстонии, утверждает источник «Медузы» в РПЦ. В интервью «Правде.ру» Оситис вспоминала, что «первое настоящее знакомство с религиозной традицией» у нее произошло в Эстонии: по распределению она попала работать в эстонский город Кохтла-Ярве, где она впервые увидела настоящую церковную жизнь. «Чем было хорошо в Эстонии — там не закрывались храмы», — говорила Оситис. Кохтла-Ярве находится в десяти километрах от Пюхтицкого монастыря, который в то время опекал Алексей Ридигер. Анастасия Оситис и ее дочь Ирина Федулова как минимум до 2008 года были акционерами Внешпромбанка. В приемной Оситис от комментариев отказались.
 
Центробанк отозвал лицензию у Внешпромбанка 21 января 2016 года. Кроме покойного патриарха там хранили деньги крупные чиновники (например, вице-спикер Госдумы предыдущего созыва Александр Жуков) и их родственники (например, жены Дмитрия Рогозина и Сергея Шойгу). В банке зависли средства многих крупных компаний — девять миллиардов рублей «Транснефти», восемь с половиной миллиардов рублей Олимпийского комитета России, около полутора миллиардов рублей структур Русской православной церкви и так далее.
 
Иван Голунов,
 
"МЕДУЗА", 5 декабря 2016 г.
 
 
 
Что случилось с «Пересветом» Как пчелы и рисовая шелуха обанкротили банк РПЦ, хранивший миллиарды госкомпаний. Расследование Ивана Голунова
Источник: Meduza
 
21 октября Центробанк ввел временную администрацию в «Пересвете» — банке, почти половина которого принадлежит Русской православной церкви, а в совете директоров долгое время состоял (тогда еще будущий) Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. По просьбе «Медузы» журналист Иван Голунов изучил прошлое, настоящее и возможное будущее «Пересвета» и выяснил, какие госкомпании держали миллиарды на депозитах в банке, как «Пересвет» вкладывался в озонатор «Гроза пчел» и как его крах может повлиять на обустройство Крыма.
 
Откуда взялся «Пересвет»? Это что, банк Русской православной церкви?
Не совсем. Поначалу к церкви банк отношения не имел: основан он был в 1992-м «дочкой» Торгово-промышленной палаты России — ОАО «Экспоцентр», которой принадлежал в то время крупнейший в Москве выставочный комплекс на Красной Пресне, и назывался тогда «Экспобанк». Но уже в марте 1993 года 44% акций банка выкупили структуры РПЦ, заплатив за них около 400 миллионов рублей. Тогда же «Экспобанк» стал «Пересветом».
 
Инициатором сделки стал глава отдела внешних церковных связей митрополит Кирилл (Гундяев). Когда его избирали в совет директоров, он заявил, что основной целью деятельности банка должно стать «содействие Русской православной церкви в ее коммерческой, благотворительной и общественной деятельности».
 
На принципах работы банка появление церкви среди его владельцев никак не отразилось, но содействовать коммерческой деятельности, связанной с РПЦ, «Пересвет» и правда начал. В нем открыли свои счета компании, которые получили таможенные льготы на ввоз в Россию сигарет, — прибыль от этих операций должна была идти на поддержку РПЦ. Также в банке обслуживался производитель воды «Святой источник» (выпускалась по благословению Костромской епархии). В 1994 году «Пересвет» по просьбе митрополита Кирилла выдал 150 миллионов долларов кредита на освоение Ломоносовского месторождения алмазов в Архангельской области. Отдел внешних церковных сношений Московской патриархии, который возглавлял Кирилл, владел 10% акций компании «Севералмаз», которая занималась разработкой месторождения.
 
После серии скандалов с церковными льготами на ввоз табака митрополит Кирилл потерял интерес к бизнесу. Он продолжал быть членом совета директоров «Пересвета», однако доля церкви в банке была размыта.
 
Что стало с «Пересветом», когда Кирилл стал патриархом?
Вскоре после того, как Кирилл был избран Патриархом Московским и всея Руси, он попытался сделать «Пересвет» основным банком для структур РПЦ — об этом «Медузе» рассказали два источника в церкви. Структуры финансово-хозяйственного управления (ФХУ) РПЦ стали владельцем почти контрольного пакета банка — 49,99%. Патриарх после избрания из совета директоров вышел, однако в него входил глава ФХУ РПЦ, викарий патриарха Тихон (Зайцев).
 
К моменту, когда в банке ввели временную администрацию, ФХУ РПЦ продолжало контролировать 49,7% акций «Пересвета». Тем не менее совет директоров банка представители церкви несколько лет назад покинули. С 2012 года его возглавлял гендиректор «Экспоцентра» Сергей Беднов. «Экспоцентру» по-прежнему принадлежит почти четверть банка; совладелица и замдиректор компании, дочь ректора МГУ Виктора Садовничего Анна Садовничая также входит в совет директоров «Пересвета».
 
В 2015 году, уже после того как представители РПЦ покинули совет директоров, «Пересвет» объявил о ребрендинге. В новом логотипе банка, разработанном «Студией Артемия Лебедева», убрали крест со стилизованного купола, а сам купол стал символизировать одновременно купол храма и шлем монаха-богатыря Пересвета, в честь которого назван банк. Впрочем, через два дня после презентации пресс-служба банка заявила, что ребрендинг не состоится, а логотип банка останется прежним.
 
«Пересвет» пытался использовать авторитет Церкви для решения своих коммерческих задач. В презентации для инвесторов, сделанной перед размещением облигаций банка на Ирландской фондовой бирже, отмечалось, что «уникальная структура акционеров позволяет банку быть гибким в принятии решений… и объясняет исключительную позицию банка на рынке — это не государственный и не частный банк, а скорее „квазисуверенное“ лицо с определенной нишей клиентов и значительными конкурентными преимуществами». Таким образом, «Пересвет» пытался убедить инвесторов, что является почти госбанком.
 
РПЦ держала в «Пересвете» свои деньги?
С избранием Кирилла патриархом у банка стремительно выросли депозиты организаций и предприятий: с 8,7 миллиарда рублей до 63,3. Впрочем, доля счетов именно церковных структур была небольшой. По данным отчетности 2015 года, на долю общественных организаций, к которым относятся структуры РПЦ, приходилось лишь 4,5% средств, размещенных в «Пересвете».
 
«Идея была простая: собрать счета всех приходов и епархий в одном банке, принадлежащем РПЦ, — пояснил „Медузе“ источник, близкий к канцелярии патриарха. — Но быстро стало ясно, что для этого нужно открыть отделения банка по всей стране, включая райцентры, — а на это нужны большие деньги. В региональных епархиях от этой идеи тоже были не в восторге». В итоге, заключает источник, все осталось как было — и большинство приходов по-прежнему обслуживается в Сбербанке или ВТБ.
 
Сейчас счетами в «Пересвете» обладают канцелярия патриарха, «Служба единого заказчика Московской патриархии», которая занимается восстановлением ряда храмов, издательский совет РПЦ, телеканал «Спас» и некоторые приходы Московской епархии — например, Симонов монастырь.
 
Также в «Пересвете» находится основной счет Фонда поддержки строительства храмов города Москвы, который занимается реализацией программы «200 храмов» (в ее рамках в городе возводят церкви шаговой доступности). Курирует его работу бывший вице-мэр Москвы, депутат Госдумы Владимир Ресин. На счетах фонда находится около полумиллиарда рублей — впрочем, как рассказал «Медузе» источник в фонде, большинство крупных меценатов программы предпочитают финансировать строительство храмов через собственные компании. После того как 21 октября в «Пересвете» была введена временная администрация, реквизиты для перечисления пожертвований на сайте фонда оперативно изменили — теперь счет фонда размещен в банке ВТБ.
 
Тогда чьи деньги там лежали?
Большинство депозитов в «Пересвете» разместили крупные компании, контролируемые государством. В 2012 году компания «Транснефть» перевела свои счета из «Уралсиба» в «Пересвет», разместив в банке как минимум несколько миллиардов рублей. Так же поступили Федеральная пассажирская компания (оператор поездов дальнего следования «РЖД»), несколько крупных «дочек» «Газпрома», Фонд содействия реформированию ЖКХ, структуры Внешэкономбанка и «Роснано» — и многие другие.
 
Например, энергетическая компания «Русгидро», согласно отчетности, на конец 2015 года хранила на депозитах в «Пересвете» 6,28 миллиарда рублей; еще полтора миллиарда были размещены на ее текущем счете. Находились в банке деньги и других энергетических компаний. «Мосэнергосбыт» — компания, входящая в состав «Интер РАО», совет директоров которого возглавляет Игорь Сечин, — хранила в банке 2,9 миллиарда рублей. РАО «Энергетические системы Востока» держало на депозите в «Пересвете» 5,901 миллиарда рублей. Также на счетах «Пересвета» могут находиться деньги компании «РН-энерго», которая занимается энергоснабжением предприятий «Роснефти», — об этом свидетельствует корпоративный план закупок компании.
 
В «Пересвете» могли «зависнуть» и деньги «Мосводоканала». Согласно сайту госзакупок, именно этот банк выиграл конкурс на размещение депозитов «Мосводоканала». По данным отчетности, всего компания хранит в банках около 1,35 миллиарда рублей.
 
Расчетный счет в «Пересвете» был открыт у «Мособлгосэкспертизы», которая занимается согласованием строительства в Подмосковье. Также в банке могли быть открыты спецсчета для формирования фондов капремонта жилых домов в Москве. Представитель мэрии подтвердил, что «Пересвет» входил в список рекомендованных банков, но не смог оперативно уточнить информацию о количестве открытых спецсчетов.
 
Есть в «Пересвете» и петербургские деньги. Аэропорт Пулково хранил в банке около 3,8 миллиарда рублей. Были там и средства Агентства поддержки малого и среднего предпринимательства Ленинградской области (100 миллионов рублей), ГУП «Инпредсервис», обслуживающего иностранные представительства (28 миллионов), ГУП «Горэлектротранс», обеспечивающего движение троллейбусов и трамваев в Санкт-Петербурге, и ОАО «Петроцентр», издающего бесплатную газету «Петербургский дневник». Также держал деньги в «Пересвете» благотворительный фонд «Светлое время» — его учредили жена главы аппарата губернатора Петербурга и Дарья Нещадимова, которая, по сведениям журнала «Сноб», приходится невесткой все тому же губернатору Петербурга Георгию Полтавченко.
 
Среди других компаний, чьи счета находились в «Пересвете», — ЗАО «МКК Космотрас», которая занимается коммерческими космическими перевозками на базе ракеты-носителя «Днепр», гостиница «Рэдиссон-Славянская», издательство «Наука» и один из операторов московского каршеринга Car5. Авиакомпания «Аэрофлот» включила «Пересвет» в список банков, где должны были получать гарантии финансового обеспечения продаж партнеры авиакомпании по торговле билетами.
 
Судя по отчетности «Пересвета» за 2015 год, 18,6% средств, хранившихся в банке, принадлежали энергетическим компаниям; 10,8% приходились на финансовый сектор; 8% — на торговые предприятия; 5,7% — на занимающихся недвижимостью и строительством. Еще почти 12% приходилось на организации, «занимающиеся выставочной деятельностью». Судя по всему, речь идет об акционере банка — все том же «Экспоцентре». Во всяком случае, источник «Медузы» утверждает, что именно этой компании принадлежал один из крупнейших депозитов в «Пересвете». В балансе «Экспоцентра» указано, что компания имела «долгосрочные финансовые вложения», включая вклады в банках, почти на 11 миллиардов рублей (в самой компании от комментариев отказались).
 
Всего на начало октября 2016 года в «Пересвете» размещены депозиты компаний на сумму более 67 миллиардов рублей; еще 18,1 миллиарда находились на текущих счетах предприятий. Вклады физических лиц на 1 октября 2016-го составили 21,49 миллиарда рублей, увеличившись за год почти вдвое (с 12,3 миллиарда).
 
Куда банк вкладывал эти деньги? У него из-за этого начались проблемы?
30 сентября 2016 года агентство Fitch Ratings заявило, что, несмотря на низкий уровень просрочки по кредитам, реальное качество активов «Пересвета» потенциально более слабое. «По многим заемщикам имеются некоторые признаки аффилированности друг с другом или с акционерами или менеджментом банка», — утверждали аналитики Fitch. В частности, речь шла о венчурных проектах, которые финансировал «Пересвет», рассказал «Медузе» источник, знакомый с состоянием дел в банке.
 
«Пересвет» охотно вкладывал деньги в инновационные проекты через компанию «Сберинвест», в которой банку принадлежит 18,8%. Под управлением «Сберинвеста» находится шесть региональных венчурных фондов в Воронежской, Калужской, Тверской и Челябинской областях, Башкортостане и Краснодарском крае. Финансирование инноваций долевое: 50% — бюджет, остальное — инвесторы компании, которым зачастую оказывался «Пересвет». Среди проектов региональных венчурных фондов — разработка установки по электрогазогенерации из сахарной свеклы, проект создания бесплотинной гидроэлектростанции, разработка кормов для животных на основе молока, свиного жира и сахарной пудры, а также создание озонатора «Гроза пчел». По подсчетам «Медузы», банк мог вложить в региональные инновации около 1,3 миллиарда рублей.
 
В мае 2016 года прокуратура Челябинской области проверила деятельность местного «Сберинвеста» и пришла к выводу, что деньги расходовались неэффективно. В ответ «Сберинвест» отстранил регион от управления фондом. «Фактически все семь лет существования фонда деньги — а мы направили туда 240 миллионов рублей — лежали на счетах банка [„Пересвет“]. Сам же банк просто сделал внутреннюю проводку и показал, что он якобы вложил свою долю в фонд. Расчетные счета компаний, проекты которых финансировались, открывались в том же банке», — говорил тогда директор венчурного фонда Челябинской области Юрий Узких. Представители региона не имели влияния на выбор проектов для финансирования. Аналогичные проблемы возникли и в Краснодарском крае.
 
Еще около полутора миллиардов рублей «Пересвет» вложил в создание совместного с «Роснано» венчурного фонда «Наномет». Однако между партнерами случился конфликт. В начале 2016 года «Роснано» подала иск к банку и «Сберинвесту», обвинив их в незаконном переводе 90 миллионов долларов со счетов «Наноэнерго», размещенных в «Пересвете», на счета российских компаний, аффилированных со «Сберинвестом». Деньги ушли на реализацию инновационных проектов фонда «Наномет» по выработке электроэнергии из рисовой шелухи (пилотная установка запущена в Краснодарском крае), тепловой энергии из куриного и свиного помета, производству цемента из золы подсолнечника, а также созданию «литой арматуры, упрочаемой наноразмерными частицами». В феврале 2016 года член совета директоров и основатель «Сберинвеста» Олег Дьяченко заявил РБК: «Вы же видите, я на свободе. Значит, деньги не пропали». На звонки «Медузы» Дьяченко не ответил. В «Роснано» воздержались от комментариев.
 
«Сберинвест» и до этого попадал в неловкие ситуации. В 2008 году журнал Tatler рассказал о замдиректора компании Станиславе Шувалове, который ездит по Москве на Porsсhe и владеет двумя заграничными виллами, назвав героя племянником первого вице-премьера Игоря Шувалова. (Официальный представитель чиновника Александр Мачевский опроверг эту информацию, сказав, что никакого племянника у Шувалова нет.)
 
«Пересвет» в большинстве проектов выступал и как инвестор венчурных фондов, и как кредитор проектов, в которые инвестировались средства, рассказывает источник «Медузы», знакомый с состоянием дел в банке. «Если куриное говно не превратится в электроэнергию, в дураках останется только банк, а точнее — его вкладчики», — резюмирует он.
 
Куда еще шли деньги «Пересвета»?
На финансирование инноваций «Пересвет» также тратил деньги из госпрограммы по поддержке малого и среднего бизнеса — банк является одним из агентов по их выдаче; к июлю 2016 года он выдал кредиты на общую сумму в 9,6 миллиарда рублей. Их-то и получили, в частности, компании организатора энергетической блокады Крыма Ленура Ислямова — «Квингрупп» и «КМ/Ч-логистик» (как минимум 52 миллиона рублей). Среди других клиентов банка по этой линии — компания «Илион», связанная с рекламным холдингом «Вершина», получившая 300 миллионов на «выполнение госзаказа по созданию единой системы навигации города Москвы».
 
Часть крупных заемщиков «Пересвета» уже объявила банкротство или находится в предбанкротном состоянии. Один из них — российское представительство GM Uzbekistan, которое занималось поставкой и продажей в России автомобилей Uz-Daewoo (теперь они называются Ravon). Для развития бизнеса в России компания получила кредит в «Пересвете» и Сбербанке, предоставив в качестве залога 17 тысяч автомобилей, сообщало узбекское отделение радио «Свобода» (их наличие в залоге у «Пересвета» подтверждается и документами банка). Размер кредита, выданного «Пересветом», неизвестен, но залоговая стоимость 17 тысяч автомобилей может составлять около 4,2 миллиарда рублей.
 
Весной 2016 года правоохранительные органы Узбекистана начали расследование о финансовых махинациях в российском представительстве GM Uzbekistan. По данным радио «Свобода», речь идет именно об исчезновении кредитов, полученных в российских банках. Ущерб оценивается в 500 миллионов долларов.
 
Еще одним крупным заемщиком «Пересвета», по данным «СПАРК-Интерфакс», являются компании, входящие в строительный холдинг «Еврогрупп» — он занимается, например, реконструкцией калининградского аэропорта Храброво к чемпионату мира по футболу — 2018. В конце 2015 года две компании, входящие в «Еврогрупп», начали процедуру банкротства. Получить комментарии у руководства «Еврогрупп» «Медузе» не удалось.
 
Некоторые компании, получившие в «Пересвете» кредит по госпрограмме, давно были знакомы с банком. Так, в 2010 году «Пересвет» выдал кредит на 54 миллиона рублей строительной компании «Виктория-7». А за год до этого родственная ей компания «ПКФ Виктория-5» сама кредитовала «Пересвет», одолжив ему 500 миллионов рублей, следует из отчетности банка.
 
Было ли что-то подозрительное в деятельности руководителей «Пересвета»?
«Пересвет» самостоятельно выдавал кредиты на создание крупных производств. Например, на строительство в Воронежской области завода по производству быстровозводимых деревянных домов «Вудвилль». Или на создание сельскохозяйственного холдинга «Агросвет» в Черноземье (выращивает овощи на территории в 28 тысяч гектаров). Или компании «Лойд», занимающейся лесопереработкой в Кировской области и строительством жилья в Краснодарском крае.
 
Эти три компании объединяет не только кредитная история в «Пересвете». По данным «Коммерсант-Картотеки», в момент получения кредитов в «Пересвете» все три компании имели одного совладельца — Александра Кагдина, родившегося в 1985 году. Согласно телефонному справочнику, он зарегистрирован по одному адресу вместе с Еленой Кагдиной, родившейся 7 сентября 1963 года. Эти данные полностью совпадают с данными начальника юридического отдела и члена совета директоров банка «Пересвет» Елены Кагдиной (она не ответила на звонки и сообщения корреспондента «Медузы»).
 
В решении Арбитражного суда Москвы компания «Лойд» упоминается как собственник помещений в жилом комплексе «Палитра» в подмосковном Нахабино. Также, по данным «Коммерсант-Картотеки», «Лойд» — совладелец компании «Стройформ», которая ведет строительство жилого комплекса «Пересвет-Карасунский» в Краснодаре. Эти же проекты указаны в портфолио крупной девелоперской компании «Пересвет-Инвест». Представители «Пересвет-Инвеста» всегда отрицали свою связь с банком «Пересвет» — однако в 2005 году банк выступал поручителем по облигациям «Пересвет-Инвеста», а в офисе девелопера находилась одна из операционных касс банка.
 
Компании «Лойд» принадлежит одноименный московский бизнес-центр на улице Шереметьевская, 85. В небольшом двухэтажном здании во дворе бизнес-центра зарегистрированы компании, получавшие кредиты в «Пересвете». Часть этих компаний получала разрешения на строительство зданий, которые впоследствии оказались среди проектов «Пересвет-Инвеста». По тому же адресу зарегистрировано ООО «Содействие», через которое РПЦ владеет акциями «Пересвета». В конце 2015 года, по данным ЕГРП, компания «Лойд» продала здание на Шереметьевской некоему Амиру Альмухаметову. В «Пересвет-Инвесте» отказываются комментировать свои взаимоотношения с банком «Пересвет».
 
Что будет с компаниями, деньги которых «зависли» в «Пересвете»?
Банкротство «Пересвета» может отразиться на планах по обустройству Крыма. Летом институт «Гипрогор», специализирующийся на градостроительном планировании, выиграл тендер на разработку генпланов большинства городов и сельских поселений республики. Аванс компания должна была получить на счет в «Пересвете», однако, как сообщили «Медузе» в «Гипрогоре», уже неделю банк не обслуживает платежи клиентов.
 
«Интер РАО» и «Транснефть» в последние годы выводили деньги со счетов в банке, рассказал источник «Медузы», знакомый с состоянием дел в «Пересвете». Сколько средств этих госкомпаний находится сейчас в «Пересвете», он не уточнил. Представитель «Интер РАО» сообщил «Медузе», что холдинг сейчас изучает ситуацию.
 
В пресс-службе «Русгидро» подтвердили размещение средств в «Пересвете», но заявили, что на финансовую устойчивость компании происходящее с банком никак не повлияет.
 
О компаниях, успевших вывести средства из «Пересвета» до начала проблем, известно немного. Согласно отчету Счетной палаты, в 2016 году депозит на 510 миллионов рублей из банка забрала госкорпорация «Фонд содействия реформированию ЖКХ». Интересно, что эта госкорпорация — основной арендатор построенного по проекту архитектора Захи Хадид бизнес-центра Dominion Tower, принадлежащего «Пересвет-Инвесту».
 
Что будет с самим банком?
21 октября Центробанк назначил в «Пересвет» временную администрацию, которая должна оценить состояние кредитного портфеля банка и принять решение либо об отзыве лицензии и банкротстве банка, либо о его санации (процедура оздоровления, которая должна нормализовать работу «Пересвета»). 24 октября «Пересвет» допустил технический дефолт, не выплатив 235 миллионов рублей держателям облигаций. Агентства Standard & Poorʼs и ​Fitch снизили кредитный рейтинг «Пересвета» до дефолтного уровня.
 
Прежде Центробанк уже спасал банки, в которых находились крупные вклады госкомпаний. Так произошло с «Фондсервисбанком», на счетах которого зависли почти 47 миллиардов рублей «Роскосмоса», и с банком «Таврический» (в нем 18 миллиардов рублей хранило «Ленэнерго»).
 
Пока Центробанк ввел мораторий на расчеты с кредиторами. Это означает, что компании не смогут получить в течение полугода деньги, хранившиеся в банке. При этом ситуация признана страховым случаем, поэтому государственное Агентство по страхованию вкладов (АСВ) 7 ноября начнет страховые выплаты частным вкладчикам «Пересвета» — каждый из них сможет получить не более 1,4 миллиона рублей.
 
Оптимизма у банковских аналитиков немного. Если Центробанк решит отозвать лицензию «Пересвета», компании вряд ли могут рассчитывать на полный возврат своих денег. Как подсчитали аналитики «Райффайзенбанка», если выяснится, что большая часть кредитов была выдана фирмам-однодневкам или компаниям, находящимся в плохом состоянии, кредиторы могут рассчитывать лишь на выплату 34 миллиардов рублей (столько денег физически есть у «Пересвета»). Причем 22 миллиарда из них, скорее всего, уйдет на страховые выплаты АСВ.
 
Иван Голунов Москва
 
Расследование РБК: на что живет церковь
Благосостояние православной церкви держится не только на немалой помощи государства, щедрости меценатов и пожертвованиях паствы — есть у РПЦ и свой бизнес. Но куда тратится заработанное, по-прежнему секрет
 
​Половину февраля предстоятель Русской православной церкви (РПЦ) патриарх Кирилл провел в дальних странствиях. Переговоры с папой римским на Кубе, Чили, Парагвай, Бразилия, высадка на остров Ватерлоо близ антарктического побережья, где российские полярники со станции Беллинсгаузен живут в окружении папуанских пингвинов.
 
Для путешествия в Латинскую Америку патриарх и примерно сто человек сопровождения пользовались самолетом Ил-96-300 с бортовым номером RA-96018, который эксплуатирует Специальный летный отряд «Россия». Это авиапредприятие подчиняется управлению делами президента и обслуживает первых лиц государства (о стоимости и обстоятельствах путешествия в Антарктиду).
 
 
Патриарх Московский и всея Руси Кирилл на российской станции Беллинсгаузен на острове Ватерлоо (Фото: Пресс-служба патриархии РПЦ/ТАСС)
Власти предоставляют главе РПЦ не только авиатранспорт: указ о выделении патриарху госохраны стал одним из первых решений президента Владимира Путина. Три из четырех резиденций — в Чистом переулке Москвы, Даниловом монастыре и Переделкино — предоставлены церкви государством.
 
Однако одной помощью государства и крупного бизнеса доходные статьи РПЦ не ограничиваются. Церковь и сама научилась зарабатывать.
 
РБК разбирался, как устроена экономика РПЦ.
 
Многослойный пирог
 
«С экономической точки зрения РПЦ представляет собой гигантскую корпорацию, объединяющую под единым названием десятки тысяч самостоятельных или полусамостоятельных агентов. Ими являются каждый приход, монастырь, священник», — писал в своей книге «Русская православная церковь: современное состояние и актуальные проблемы» социолог Николай Митрохин.
 
Действительно, в отличие от многих общественных организаций, каждый приход регистрируется как отдельное юрлицо и религиозное НКО. Доходы церкви за проведение обрядов и церемоний не подлежат налогообложению, не облагаются налогом и поступления от продажи религиозной литературы и пожертвования. По итогам каждого года религиозные организации составляют декларацию: согласно последним данным, предоставленным РБК в Федеральной налоговой службе, в 2014 году необлагаемые налогом на прибыль доходы церкви составили 5,6 млрд руб.
 
Весь годовой доход РПЦ Митрохин оценивал в 2000-х годах приблизительно в $500 млн, сама же церковь о своих деньгах говорит редко и неохотно. На Архиерейском соборе 1997 года патриарх Алексий II докладывал, что основную часть денег РПЦ получила от «управления своими временно свободными средствами, размещения их на депозитных счетах, приобретения государственных краткосрочных облигаций» и других ценных бумаг и от дохода коммерческих предприятий.
 
 
Три года спустя архиепископ Климент в интервью журналу «Коммерсантъ-Деньги» в первый и последний раз скажет, из чего складывается церковная экономика: 5% бюджета патриархии — отчисления епархий, 40% — спонсорские пожертвования, 55% приходится на заработок коммерческих предприятий РПЦ.
 
Сейчас спонсорских пожертвований стало меньше, а отчисления из епархий могут составлять треть или около половины общецерковного бюджета, объясняет протоиерей Всеволод Чаплин, до декабря 2015 года руководивший отделом по взаимоотношениям церкви и общества.
 
Имущество церкви
 
Уверенность обычного москвича в быстром росте числа новых православных церквей вокруг не сильно противоречит истине. Только с 2009 года по всей стране построили и восстановили более пяти тысяч храмов, — эти цифры озвучивал в начале февраля на Архиерейском соборе патриарх Кирилл. В эту статистику попали как церкви, построенные с нуля (главным образом в Москве; о том, как финансируется эта деятельность, — в расследовании РБК), так и отданные РПЦ по закону 2010 года «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения».
 
Согласно документу, Росимущество передает РПЦ объекты двумя способами — в собственность или по договору безвозмездного пользования, объясняет Сергей Аноприенко, начальник управления по размещению федеральных органов власти Росимущества.
 
РБК провел анализ документов на сайтах территориальных органов Росимущества — за последние четыре года православная церковь получила свыше 270 объектов имущества в 45 регионах (выгрузка производилась до 27 января 2016 года). Площадь недвижимости указана только у 45 объектов — в общей сложности около 55 тыс. кв. м. Самый большой объект, ставший собственностью церкви, — ансамбль Троице-Сергиева пустынь.
 
 
Разрушенный храм в урочище Курилово в Шатурском районе Подмосковья (Фото: Илья Питалев/ТАСС)
В случае передачи недвижимости в собственность, объясняет Аноприенко, приход получает прихрамовый участок земли. Строить на нем можно только церковные помещения — лавку утвари, дом причта, воскресную школу, богадельню и проч. Воздвигать объекты, которые могут использоваться в хозяйственных целях, нельзя.
 
В безвозмездное пользование РПЦ получила порядка 165 объектов, а в собственность — около 100, следует из данных на сайте Росимущества. «Ничего удивительного, — объясняет Аноприенко. — Церковь выбирает безвозмездное пользование, поскольку в этом случае может пользоваться государственным финансированием и рассчитывать на субсидии на восстановление и содержание храмов от властей. Если имущество будет в собственности, вся ответственность ляжет на РПЦ».
 
В 2015 году Росимущество предложило РПЦ взять 1971 объект, однако пока поступило всего 212 заявок, говорит Аноприенко. Глава юридической службы Московской патриархии игуменья Ксения (Чернега) убеждена: церкви дают только разрушенные здания. «Когда закон обсуждался, мы пошли на компромисс, не стали настаивать на реституции утраченного церковью имущества. Теперь нам, как правило, не предлагают ни одного нормального здания в крупных городах, а только руинированные объекты, которые требуют больших затрат. Мы взяли много разрушенных храмов в 90-е, и сейчас, понятное дело, хотели получить что-нибудь получше», — говорит она. Церковь, по словам игуменьи, будет «биться за нужные объекты».
 
Самая громкая битва — за Исаакиевский собор в Санкт-Петербурге
 
В июле 2015 года митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Варсонофий обратился к губернатору Санкт-Петербурга Георгию Полтавченко с просьбой отдать знаменитый Исаакий в безвозмездное пользование. Это ставило под вопрос работу расположенного в соборе музея, последовал скандал — СМИ писали о передаче памятника на первых полосах, петиция с требованием не допустить передачу собора собрала свыше 85 тыс. подписей на change.org.
 
В сентябре власти решили оставить собор на городском балансе, однако Николай Буров, директор музейного комплекса «Исаакиевский собор» (входят еще три собора), по-прежнему ждет подвоха.
 
Комплекс не получает денег из бюджета, 750 млн руб. ежегодного содержания зарабатывает сам — на билетах, гордится Буров. По его мнению, РПЦ хочет открыть собор только для богослужений, «ставя под угрозу свободное посещение» объекта.
 
«Все продолжается в духе «лучших советских» традиций — храм используется как музей, музейное руководство ведет себя, как настоящие атеисты!» — парирует оппонент Бурова, протоиерей Александр Пелин из Петербургской епархии.
 
«Почему музей главенствует над храмом? Все должно быть наоборот — сначала храм, поскольку так изначально задумывалось нашими благочестивыми предками», — возмущен священник. Церковь, не сомневается Пелин, имеет право на сбор пожертвований с посетителей.
 
Бюджетные деньги
 
«Если вас содержит государство, вы с ним тесно связаны, вариантов нет», — размышляет священник Алексей Уминский, настоятель храма Троицы в Хохлах. Нынешняя церковь слишком близко взаимодействует с властью, полагает он. Впрочем, его взгляды не совпадают с мнением руководства патриархии.
 
По подсчетам РБК, в 2012–2015 годах РПЦ и связанные с ней структуры получили из бюджета и от государственных организаций минимум 14 млрд руб. При этом только в новой версии бюджета на 2016 год предусмотрено 2,6 млрд руб.
 
В частности, как писал РБК, в 2014–2015 годах организациям РПЦ выделили свыше 1,8 млрд руб. на создание и развитие российских духовно-просветительских центров по федеральной программе «Укрепление единства российской нации и этнокультурное развитие народов России». Еще одна программа, поддерживающая церковь, — «Культура России»: с 2012 года на сохранение объектов религиозного назначения в рамках программы было выделено почти 10,8 млрд руб. Помимо этого, 0,5 млрд руб. в 2012–2015 годах было выделено на реставрацию объектов религиозного значения, рассказал представитель департамента культурного наследия Москвы.
  
 
Среди крупных получателей контрактов на сайте госзакупок — церковно-научный центр «Православная энциклопедия» (учредитель — патриархия), издающий одноименный фолиант в 40 томах под редакцией патриарха Кирилла. С 2012 года государственными школами и вузами на приобретение этой книги было потрачено около 250 млн руб. А дочерняя организация «Православной энциклопедии» — фонд «Православная энциклопедия​» — в 2013 году получила 56 млн руб. от Минкультуры — на съемки фильмов «Сергий Радонежский» и «Укус змеи».
 
В 2015 году Министерство образования из бюджета выделило около 112 млн руб. Православному Свято-Тихоновскому гуманитарному университету. Центральная клиническая больница Святителя Алексия при Московской патриархии в 2015 году получила от Министерства здравоохранения 198 млн руб., в новом бюджете для больницы предусмотрено еще около 178 млн руб. В бюджете на 2016 год заложено порядка 1 млрд руб. «Благотворительному фонду по восстановлению Воскресенского Ново-Иерусалимского ставропигиального мужского монастыря РПЦ» — учредителем фонда является сам монастырь.
 
 
Глава администрации президента РФ Сергей Иванов (справа) и патриарх Московский и всея Руси Кирилл на заседании наблюдательного совета по изданию «Православной энциклопедии» (Фото: «РИА Новости»)
В дополнение с 2013 по 2015 год православные организации получили 256 млн руб. в рамках президентских грантов. РПЦ не имеет прямого отношения к получателям грантов, просто они «были созданы православными людьми», объясняет протоиерей Чаплин. Хотя напрямую церковь в создании подобных организаций не участвует, случайных людей там нет, уверен Сергей Чапнин, в прошлом редактор «Журнала Московской патриархии».
 
По тому же принципу, рассказывает он, распределяют деньги в единственной православной грантовой программе «Православная инициатива» (средства выделял «Росатом», сообщили РБК два источника, знакомых с программой; пресс-служба корпорации не ответила на вопрос РБК).
 
«Православная инициатива» проводится с 2005 года, общий объем финансирования за годы проведения конкурса — почти 568 млн руб. «Я долгое время сидел в экспертной комиссии. Могу сказать, что заявки на гранты, как правило, пишутся неаккуратно — из них непонятно, что люди хотят и могут, — рассказывает Чапнин. — Каждый второй обязательно предлагает делать сайт, не очень хорошо понимая, как делают сайты».
 
Бизнесмены о помощи РПЦ: «Эту радость не получить, заработав еще миллион»
 
Приходы и доходы
 
Церковная экономика — это жесткая вертикаль, работающая по принципу строгой подчиненности, объясняет священник Алексей Уминский устройство другого канала поступления денег в патриархию.
 
На последнем Архиерейском соборе патриарх Кирилл объявил, что в РПЦ действуют 293 епархии и свыше 34,5 тыс. храмов. Российские церкви отчисляют своим епархиям определенный процент от полученных пожертвований, объясняет Уминский. Исключения составляют строящиеся и восстанавливаемые храмы — по словам епископа Тихона (Шевкунова), они временно освобождаются от епархиальных взносов (интервью с епископом можно прочитать здесь). Во всех прочих церквях сбор взносов контролирует вышестоящий епископ — он, в свою очередь, отчитывается в патриархии, разъясняют РБК два источника в РПЦ.
 
Деньги церковного прихода складываются из пожертвований за совершение треб (крещения, венчания, освящение машин, квартир и других предметов) и служб (поминовение, чтение акафистов). Основная часть денег попадает в приходскую казну благодаря необходимым для совершения всех обрядов свечам, объясняет протодиакон Андрей Кураев. У РПЦ по стране «раскиданы» десятки мастерских по литью свечей как из нового материала, так и из собранных во время службы огарков. Стоимость свечки в производстве и в церкви отличается в десятки раз: «изготовить четырехграммовую свечку «соточку», одну из самых ходовых, стоит 25 коп. В церкви за нее дадут до 20 руб.», откровенничает с РБК изготовитель и поставщик церковной утвари.
 
 
Стоимость свечки в производстве и в церкви отличается в десятки раз 
Ежемесячный доход российских храмов сильно отличается — от 5 тыс. до 3 млн руб., подсчитывает протоиерей Чаплин.
 
Корреспондент РБК поговорил со священниками почти 30 храмов, из их рассказов схема финансовых отношений «низовых» приходов с епархиями выглядит так: после службы настоятели вскрывают ящики для пожертвований, собранные деньги хранятся у казначея. Приходские настоятели подают в епархии отчетность (копия такого документа от 2013 года, поданного в Московскую епархию, есть в распоряжении РБК). В бумаге указано количество совершенных треб и служб, а также размер взноса, отправляемого приходом в епархию, — в изученном корреспондентом РБК отчете это 20%.
 
Процент отчислений, по рассказам настоятелей, колеблется от 10 до 50%. Например, приход церкви Троицы в Хохлах в 2014 году перечислил 230 тыс. руб. — при «доходе» около 2 млн руб., рассказал Уминский.
 
Деньги, объясняли РБК священники, передаются в епархии двумя путями — наличными (на каждую сумму дается приходный ордер) или банковскими переводами.
 
Ежегодно сумма отчислений растет, жаловались корреспонденту РБК священники областных церквей. «При патриархе Алексии II я перечислял в епархию 10%, сейчас — 27%. Это связано с тем, что после прихода патриарха Кирилла количество епархий увеличили в три раза и нагрузка на приходы сильно выросла», — анонимно жалуется настоятель подмосковной церкви.
 
В церквях на периферии, где, по определению одного из героев книги Митрохина, на крестный ход выходят четверо — «батюшка, матушка, староста и их собачка», — даже ничтожный по столичным меркам взнос кажется неподъемным. «У нас приход из пяти человек, в месяц едва набираем 3 тыс. руб. Полторы тысячи рублей — в епархию», — рассказывает настоятель прихода в Ивановской области.
 
Если священник не в состоянии заплатить взнос, в епархии могут сказать: «Все понимаем. Жалеем. Можем на ваше место взять другого батюшку. На такое предложение никто не соглашается», — рассказывает Дмитрий Свердлов, в прошлом настоятель Петропавловской церкви в Домодедовском районе Подмосковья. В 2011 году Свердлов был наблюдателем на выборах в Госдуму, годом позже высказался в поддержку Pussy Riot, в 2013 году священника «запретили в служении».
 
«Каждое епархиальное собрание у нас начинается с того, что приходам объявляют: не соберете нужную сумму, настоятеля поменяют. Никого не волнует, исполняет ли священник пастырские обязанности — гораздо важнее, сможет ли он собрать деньги, — делится клирик одной из церквей на юге России. — В год мы собираем до 8 млн руб. пожертвований, платим в епархию 30%, но каждый визит архиерея сопровождается дополнительным сбором денег в конверте».
 
15% от собранного епархиями перечисляется в патриархию, рассказали пять собеседников РБК в РПЦ. Точный объем перечисленных средств посчитать невозможно, но крупные епархии, а их около тридцати, ежегодно отчисляют патриархии от 10 до 20 млн руб. каждая, отмечает Чапнин.
 
Финансово-хозяйственное управление патриархии во главе с митрополитом Рязанским и Михайловским Марком не ответило на вопросы РБК.
 
И в федеральном бюджете «есть закрытые статьи», дело «самой церкви, как им (своим бюджетом. — РБК) распоряжаться», — этими фразами ответил на вопросы для материала пресс-секретарь патриарха священник Александр Волков.
 
Свечной завод
 
Доходы коммерческих предприятий также изрядно подпитывают бюджет патриархии, разъясняет протоиерей Чаплин. Главные — «Художественно-производственное предприятие (ХПП) «Софрино» и гостиница «Даниловская».
 
ХПП выпускает иконы, церковную мебель, гробницы, чаши, свечи восковые (609 руб. за двухкилограммовую упаковку из 500 свечей) и парафиновые (210 руб. за двухкилограммовую упаковку из 500 свечей), обеспечивая этими предметами, по словам нескольких источников РБК в патриархии, до половины российских церквей. В разговоре с РБК священники признавались, что в епархиях им настоятельно советуют заказывать для храмов именно продукцию «Софрино». Торговый дом «Софрино» расположен в самом начале «золотой мили» Москвы, на Пречистенке — перед праздниками и миряне закупают там иконы и подарки.
 
 
Художественно-производственное предприятие «Софрино» 
«Софрино» работает в одноименном поселке свыше 40 лет: землю под строительство главного церковного завода по просьбе патриарха Пимена выделил в 1972 году председатель Совмина СССР Алексей Косыгин. С конца 80-х годов бессменным руководителем ХПП стал Евгений Пархаев — он же, по данным СПАРК, руководит принадлежащей патриархии гостиницей «Даниловская». В 2000-х он был совладельцем ЧОП «Софрино» и возглавлял Единую службу заказчика Московской патриархии, которая сейчас участвует в строительстве новых церквей по программе «200 храмов».
 
Рядом с торговым домом «Софрино» на Пречистенке — один из филиалов группы телекоммуникационных компаний «АСВТ». Фирмой на 10,7% как минимум до 2009 года также владел Пархаев. Соучредитель компании (через ЗАО «Руссдо»)  — сопредседатель Союза православных женщин Анастасия Оситис, компанией руководит ее дочь Ирина Федулова. Выручка АСВТ за 2014 год — свыше 436,7 млн руб., прибыль — 64 млн руб. Оситис, Федулова и Пархаев не ответили на вопросы для этой статьи.
 
Пархаев же числился председателем совета директоров и владельцем банка «Софрино» (до 2006 года назывался Олд-банк). ЦБ отозвал лицензию этой финансовой организации в июне 2014 года. Судя по данным СПАРК, владельцы банка — ООО «Алемаж», ООО «Стек-Т», ООО «Элбин-М», ООО «Сиан-М» и ООО «Мекона-М». По данным ЦБ, бенефициаром этих компаний является Дмитрий Малышев, экс-председатель правления банка «Софрино» и представитель Московской патриархии в органах государственной власти.
 
Сразу после переименования Олд-банка в «Софрино» фирма «Жилищно-строительная компания» (ЖСК), учрежденная Малышевым и партнерами, получила несколько крупных подрядов РПЦ: в 2006 году ЖСК победила в 36 конкурсах, объявленных Минкультуры (ранее — Роскультура) на восстановление храмов. Общий объем контрактов — 60 млн руб.
 
Биография Пархаева с сайта parhaev.com сообщает следующее: родился 19 июня 1941 года в Москве, работал токарем на заводе «Красный пролетарий», в 1965 году пришел работать в патриархию, участвовал в восстановлении Троице-Сергиевой лавры, пользовался расположением патриарха Пимена. Деятельность Пархаева описывается не без живописных деталей: «Евгений Алексеевич обеспечивал стройку всем необходимым, <…> решал все проблемы, и на строительную площадку шли машины с песком, кирпичом, цементом, металлом».
 
Энергии Пархаева, продолжает неизвестный биограф, хватает и на то, чтобы руководить, по благословению патриарха, гостиницей «Даниловская»: «Это современная и удобная гостиница, в конференц-зале которой проводятся поместные соборы, религиозные и миротворческие конференции, концерты. Гостинице был нужен именно такой руководитель: опытный и целеустремленный».
 
Суточная стоимость одноместного номера «Даниловской» с завтраком в будние дни — 6300 руб., апартаментов — 13 тыс. руб., в числе услуг — сауна, бар, прокат машин и организация праздников. Доход «Даниловской» в 2013 году – 137,4 млн руб., в 2014-м — 112 млн руб.
 
Пархаев — человек из команды Алексия II, который сумел доказать свою незаменимость патриарху Кириллу, уверен собеседник РБК в компании-производителе церковной продукции. Бессменный руководитель «Софрино» пользуется привилегиями, которых лишены даже видные священники, подтверждает источник РБК в одной из крупных епархий. В 2012 году в интернет попали фотографии с юбилея Пархаева — праздник с помпой отметили в зале церковных соборов храма Христа Спасителя. После этого гости юбиляра на теплоходе отправились на дачу Пархаева в Подмосковье. На фотографиях, подлинность которых никто не оспаривал, — внушительный коттедж, теннисный корт и пристань с катерами.
 
От кладбищ до футболок
 
В сферу интересов РПЦ входят лекарства, ювелирные украшения, сдача конференц-залов в аренду, писали «Ведомости», а также сельское хозяйство и рынок ритуальных услуг. Согласно базе СПАРК, патриархия является совладельцем ЗАО «Православная ритуальная служба»: сейчас компания закрыта, однако действует учрежденная ей «дочка» — ОАО «Ритуальная православная служба» (выручка за 2014 год — 58,4 млн руб.).
 
Екатеринбургская епархия владела крупным гранитным карьером «Гранит» и компанией по обеспечению безопасности «Держава», Вологодская епархия имела завод железобетонных изделий и конструкций. Кемеровская епархия является 100-процентным владельцем ООО «Кузбасская инвестиционно-строительная компания», совладельцем «Новокузнецкого компьютерного центра» и агентства «Европа медиа Кузбасс».
 
В Даниловском монастыре Москвы расположены несколько торговых точек: монастырская лавка и магазин «Даниловский сувенир». Купить можно церковную утварь, кожаные бумажники, футболки с православными принтами, православную литературу. Финансовые показатели монастырь не раскрывает. На территории Сретенского монастыря есть магазин «Сретение» и кафе «Несвятые святые», получившее название в честь одноименной книги настоятеля, епископа Тихона (Шевкунова). Кафе, по словам епископа, «денег не приносит». Основной источник доходов монастыря — издательство. Монастырю же принадлежат земли в сельхозкооперативе «Воскресение» (бывший колхоз «Восход»; основная деятельность — выращивание зерновых и бобовых культур, животноводство). Выручка за 2014 год — 52,3 млн руб., прибыль — около 14 млн руб.
 
Наконец, с 2012 года структурам РПЦ принадлежит здание гостиницы «Университетская» на юго-западе Москвы. Стоимость стандартного одноместного номера — 3 тыс. руб. В этой гостинице расположен паломнический центр РПЦ. «В «Университетской» есть большой зал, можно проводить конференции, расселять людей, которые приезжают на мероприятия. Гостиница, конечно, дешевая, там селится совсем простой народ, очень редко — епископы», — рассказал РБК Чапнин.
 
Церковная касса
 
Протоиерей Чаплин не смог воплотить в жизнь свою давнюю идею — банковскую систему, исключающую ростовщический процент. Пока православный банкинг существует только на словах, патриархия пользуется услугами самых обычных банков.
 
До последнего времени у церкви были счета в трех организациях — Эргобанке, Внешпромбанке и банке «Пересвет» (последним структуры РПЦ еще и владеют). Зарплаты сотрудников синодального отдела патриархии, по данным источника РБК в РПЦ, переводились на счета в Сбербанке и Промсвязьбанке (пресс-службы банков не ответили на запрос РБК; источник, близкий к Промсвязьбанку, сообщил, что в банке, в том числе, держат средства церковные приходы).
 
В Эргобанке обслуживались более 60 православных организаций и 18 епархий, включая Троице-Сергиеву лавру и Подворье патриарха Московского и всея Руси. В январе у банка отозвали лицензию из-за обнаруженной в его балансе «дыры».
 
Церковь согласилась открыть счета в Эргобанке из-за одного из его акционеров — Валерия Мешалкина (около 20%), объясняет собеседник РБК в патриархии. «Мешалкин — церковный человек, православный бизнесмен, много помогавший храмам. Считалось, что это гарантия, что с банком ничего не случится», — описывает источник.
 
 
Офис Эргобанка в Москве
Валерий Мешалкин — владелец строительно-монтажной компании «Энергомашкапитал», член попечительского совета Троице-Сергиевой лавры, автор книги «Влияние святой горы Афон на монашеские традиции Восточной Европы». Мешалкин не ответил на вопросы РБК. Как сообщил источник РБК в Эргобанке, деньги со счетов структуры РПЦ успели вывести до отзыва лицензии.
 
В оказавшемся не менее проблемным Внешпромбанке «зависли» 1,5 млрд руб. РПЦ, рассказали РБК источник в банке и подтвердили два собеседника, близких к патриархии. В январе у банка также отозвали лицензию. По словам одного из собеседников РБК, председатель правления банка Лариса Маркус была близка к патриархии и ее руководству, поэтому церковь выбрала этот банк для хранения части своих денег. По данным собеседников РБК, помимо патриархии, средства во Внешпромбанке держали несколько фондов, выполняющих поручения патриарха. Крупнейший — Фонд святых равноапостольных Константина и Елены. Источник РБК в патриархии рассказал, что фонд собирал деньги на помощь пострадавшим в конфликтах в Сирии и Донецке. Информация о сборе средств есть и в интернете.
 
Учредителями фонда являются уже упоминавшиеся в связи с РПЦ Анастасия Оситис и Ирина Федулова. В прошлом — как минимум до 2008 года — Оситис и Федулова были акционерами Внешпромбанка.
 
Однако основной банк церкви — московский «Пересвет». На счетах банка по состоянию на 1 декабря 2015 года размещались средства предприятий и организаций (85,8 млрд руб.) и физических лиц (20,2 млрд руб.). Активы на 1 января — 186 млрд руб., из которых больше половины — кредиты компаниям, прибыль банка — 2,5 млрд руб. На счетах некоммерческих организаций — свыше 3,2 млрд руб., следует из отчетности «Пересвета».
 
Финансово-хозяйственное управление РПЦ владеет 36,5% банка, еще 13,2% у принадлежащей РПЦ компании ООО «Содействие». Среди других владельцев — ООО «Внуково-инвест» (1,7%). Офис этой компании расположен по тому же адресу, что и «Содействия». Сотрудник «Внуково-инвест» не смог объяснить корреспонденту РБК, есть ли связь между его компанией и «Содействием». В офисе «Содействия» телефоны не отвечают.
 
АКБ «Пересвет» мог бы стоить до 14 млрд руб., а доля РПЦ в размере 49,7%, предположительно, — до 7 млрд руб., посчитал для РБК аналитик IFC Markets Дмитрий Лукашов.
 
Инвестиции и инновации
 
О том, куда инвестируются средства РПЦ банками, известно не​много. Но точно известно, что РПЦ не чурается венчурных инвестиций.
 
«Пересвет» вкладывает деньги в инновационные проекты через компанию «Сберинвест», в которой банку принадлежит 18,8%. Финансирование инноваций долевое: 50% денег дают инвесторы «Сберинвеста» (в их числе «Пересвет»), 50% — госкорпорации и фонды. Средства на проекты, софинансируемые «Сберинвестом», находили в Российской венчурной компании (пресс-служба РВК отказалась назвать объем средств), фонде «Сколково» (в разработки фонд вложил 5 млн руб., сообщил представитель фонда) и госкорпорации «Роснано» (на проекты «Сберинвеста» выделено $50 млн, рассказал сотрудник пресс-службы).
 
В пресс-службе госкорпорации РБК пояснили: для финансирования совместных со «Сберинвестом» проектов в 2012 году был создан международный фонд «Наноэнерго». По $50 млн в фонд вложили «Роснано» и «Пересвет».
 
В 2015 году «Фонд Роснано Капитал С.А.» — дочерняя компания «Роснано» — обратилась в Окружной суд Никосии (Кипр) с требованием признать банк «Пересвет» соответчиком по делу о нарушении инвестиционного соглашения. В исковом заявлении (есть в распоряжении РБК) говорится, что банк в нарушение процедур перевел «$90 млн со счетов «Наноэнерго» на счета российских компаний, аффилированных со «Сберинвестом». Счета этих компаний были открыты в «Пересвете».
 
Суд признал «Пересвет» одним из соответчиков. Представители «Сберинвеста» и «Роснано» подтвердили РБК наличие тяжбы.
 
«Это все ерунда какая-то, — не унывает в беседе с РБК член совета директоров «Сберинвеста» Олег Дьяченко. — С «Роснано» у нас неплохие энергетические проекты, все идет, все движется — полностью вышел на рынок завод композитных труб, на очень высоком уровне диоксид кремния, перерабатываем рис, получаем тепло, вышли на экспортную позицию». В ответ на вопрос, куда ушли деньги, топ-менеджер смеется: «Вы же видите, я на свободе. Значит, деньги не пропали». Дьяченко верит, что дело будет закрыто.
 
В пресс-службе «Пересвета» не ответили на неоднократные запросы РБК. Так же поступил председатель правления банка Александр Швец.
 
Доходы и расходы
 
«С советских времен церковная экономика непрозрачна, — объясняет настоятель Алексей Уминский, — строится по принципу дома быта: прихожане отдают деньги за какую-то услугу, а как они распределяются, никого не интересует. И сами приходские священники точно не знают, на что идут собранные ими деньги».
 
Действительно, подсчитать церковные расходы невозможно: РПЦ не объявляет тендеры и не фигурирует на сайте госзакупок. В хозяйственной деятельности церковь, утверждает игуменья Ксения (Чернега), «подрядчиков не нанимает», справляясь собственными силами — продукты поставляют монастыри, свечи плавят мастерские. Многослойный пирог делится внутри РПЦ.
 
«На что тратит церковь?» — переспрашивает игуменья и отвечает: «Содержатся духовные семинарии по всей России, это достаточно большая доля расходов». Еще церковь оказывает благотворительную помощь сиротским и иным социальным учреждениям; все синодальные отделы финансируются из общецерковного бюджета, добавляет она.
 
Патриархия не предоставила РБК данные о расходных статьях своего бюджета. В 2006 году в журнале «Фома» Наталья Дерюжкина, на тот момент бухгалтер патриархии, оценивала затраты на содержание Московской и Санкт-Петербургской духовной семинарий в 60 млн руб. в год.
 
Подобные расходы актуальны до сих пор, подтверждает протоиерей Чаплин. Еще, уточняет священник, нужно платить зарплату светскому персоналу патриархии. В общей сложности это 200 человек со средней зарплатой в 40 тыс. руб. в месяц, утверждает источник РБК в патриархии.
 
Эти траты ничтожны на фоне ежегодных отчислений епархий в Москву. Что же происходит со всеми остальными деньгами?
 
Спустя несколько дней после скандальной отставки протоиерей Чаплин завел аккаунт в Facebook, где написал: «Понимая все что угодно, считаю сокрытие доходов и особенно расходов центрального церковного бюджета совершенно безнравственным. Ни малейшего христианского оправдания такому сокрытию не может быть в принципе».
 
Нет никакой необходимости раскрывать статьи расходов РПЦ, поскольку абсолютно понятно, на что церковь тратит деньги — на церковные нужды, упрекнул корреспондента РБК председатель синодального отдела по взаимоотношениям церкви с обществом и СМИ Владимир Легойда.
 
На что живут другие церкви?
 
Публиковать отчеты о доходах и расходах у церкви, вне зависимости от конфессиональной принадлежности, не принято.
 
Епархии Германии
 
Исключением в последнее время стала Римская католическая церковь (РКЦ), частично раскрывающая доходы и расходы. Так, епархии Германии стали раскрывать свои финансовые показатели после скандала с епископом Лимбургским, для которого в 2010 году начали строить новую резиденцию. В 2010 году епархия оценила работы в €5,5 млн, однако тремя годами позже стоимость выросла почти в два раза — до €9,85 млн. Во избежание претензий в прессе многие епархии стали раскрывать бюджеты. Согласно отчетам, бюджет епархий РКЦ состоит из доходов от собственности, пожертвований, а также церковного налога, который взимается с прихожан. По данным 2014 года, самой богатой стала епархия Кельна (ее доход — €772 млн, поступления от налога — €589 млн). Согласно плану на 2015 год, общий объем расходов епархии оценивался в 800 млн.
 
Банк Ватикана
 
Теперь публикуются и данные о финансовых операциях Института религиозных дел (IOR, Istituto per le Opere di Religione), более известного как Банк Ватикана. Банк был создан в 1942 году для управления финансовыми ресурсами Святого престола. Свой первый финансовый отчет Банк Ватикана опубликовал в 2013 году. Согласно отчету, в 2012 году прибыль банка составила €86,6 млн, годом ранее — €20,3 млн. Чистый процентный доход равнялся €52,25 млн, доход от торговой деятельности — €51,1 млн.
 
Русская православная церковь за границей (РПЦЗ)
 
В отличие от католических епархий, отчеты о доходах и расходах РПЦЗ не публикуются. По словам протоиерея Петра Холодного, долгое время бывшего казначеем РПЦЗ, экономика зарубежной церкви устроена просто: приходы платят отчисления епархиям РПЦЗ, а те переводят деньги в Синод. Процент ежегодных отчислений для приходов — 10%, из епархий в Синод переводят 5%. Самые обеспеченные епархии — в Австралии, Канаде, Германии, США.
 
Основной доход РПЦЗ, по словам Холодного, приносит сдача в аренду четырехэтажного здания Синода: оно расположено в верхней части Манхэттена, на углу Park Avenue и 93-й улицы. Площадь здания — 4 тыс. кв. м, 80% занимает Синод, остальная часть сдается частной школе. Ежегодный доход от аренды, по оценкам Холодного, — около $500 тыс.
 
Помимо этого, доход РПЦЗ приносит Курская Коренная икона (находится в Знаменском соборе РПЦЗ в Нью-Йорке). Икону возят по всему миру, пожертвования идут в бюджет зарубежной церкви, поясняет Холодный. Также Синоду РПЦЗ принадлежит свечной завод под Нью-Йорком. В Московский патриархат РПЦЗ деньги не перечисляет: «Наша церковь гораздо беднее российской. Хотя нам принадлежат невероятно ценные участки земли — в частности, половина Гефсиманского сада, — это никак не монетизируется».
 
При участии Татьяны Алешкиной, Юлии Титовой, Светланы Бочаровой, Георгия Макаренко, Ирины Малковой
 
Авторы: Светлана Рейтер, Анастасия Напалкова, Иван Голунов
 
Подробнее на РБК: